Информация по зарубежной литературе
Сентиментализм в творчестве Томаса Грея

Сентиментализм в творчестве Томаса Грея

Томас Грей - один из ранних предшественников романтизма в английской поэзии. Получил образование в колледже в Итоне и в Кембриджском Университете. Путешествовал по Франции и Италии. По возвращении в Англию выдержал экзамен на ученую степень по юридическим наукам и остался при университете, где в 1768 году получил звание профессора новой истории. Поэтическая деятельность Г. началась в 1747 году, опубликованием "Оды, написанной при виде Итонского колледжа", за которой последовали "Пиндарические оды" (1750 - 1757) , из этих последних выделяются оды "Прогресс поэзии" и "Бард". В 1751 году была напечатана "Элегия, написанная на сельском кладбище", наиболее значительное лирическое произведение Г., положившее начало "кладбищенской поэзии". Затем Г. обратился к изучению древней исландской и ирландской поэзии.

Предромантизм ранее всего заявляет о себе именно в английской литературе 18 в. Здесь в стране, уже пережившей в 18 в промышленную революцию и во второй половине 18 в вступившей в новую полосу социальной ломки, связанной с аграрным и промышленным переворотом, ранее чем в других государствах Европы, обнаружились противоречия буржуазного общества, поставившие под сомнение позиции Просвещения. Устои просветительского оптимизма рассматривались жизнью. Чувство неуверенности и смятения перед подспудными, еще не познанными силами природы подрывало доверие к универсальному Разуму просветителей и заставляло обращаться к прошлому, чтобы сопоставить с ним настоящее. Английская предромантическая литература 60-90 гг. 18 в. неоднородна по своим социальным и идейным предпосылкам. Многообразно протекает в эту пору и пересмотр просветительской эстетики. Возрождается интерес к давно забытым Спенсеру и Чосеру; у Шекспира и Мильтона выделяются как самое значительное их фантастические, грандиозные или меланхолические образы. Берк отстаивает в противоположность просветительской триаде Истины, Добра и Красоты эстетическую ценность Возвышенного: ужасные, таинственные, отталкивающие картины могут потрясать воображение, даже если в них нет Истины, Добра и Красоты. Если для Шефтсебери понятия "рыцарство" и "средневековье" звучат как синонимы варварства и неразумия, то Херд объявляет рыцарское средневековье драгоценным источником вдохновения для поэтов. Возрос интерес к народному творчеству. Это подало повод к подражаниям, подделкам и мистификациям, например "Песни Оссиана" Макферсона. Вместо античной мифологии, упорядоченной и гармонизированной классицистами, М. ввел читателей в туманный и таинственный мир героических преданий Севера. Таинственность, смутность очертаний, меланхолическая резиньяция, составляющие основные настроения этих поэм, сближали их отчасти с сентиментальной поэзией Юнга, Грэя и т.п.

В "Элегии, написанной на сельском кладбище", которой Грэй обязан своей общеевропейской известностью, нет места смятенным порывам отчаяния и скорби, которые придают трагическую окраску например поэме Юнга "Ночные думы". Иначе настроен сам автор, иначе представляются ему и мир. Элегия освещена не зловещим ночным мраком, а последними отблесками заката, на смену которым незаметно приходят тихие сумерки.

Элегия начинается описанием спускающегося на землю ночного сумрака.

В туманном сумраке окрестность исчезает …

Повсюду тишина, повсюду мертвый сон; Now fades the glimm’ring landscape on the sight,

And all the air a solemn stillness holds…

Поэт бродит по ночному кладбищу, всматривается в надписи на могилах.

Здесь праотцы села в гробах уединенных

Навеки затворясь, сном непробудным спят…

Each in his narrow cell for ever laid,

The rude forefathers of the hamlet sleep…

Спокойны и тихи раздумья поэта. Среди могил поэт слышит звуки, напоминающие о жизни: шаги усталого пахаря, мычание коров, возвращающихся с пастбища, и позвякивание их колокольчиков. Смерть здесь предстает как естественное завершение жизни, не обрывающее уз любви и дружбы (умершие по-прежнему живут в памяти односельчан) .

Поэт задумывается над судьбами тех, кто нашел вечный покой на этом заброшенном деревенском погосте.

Быть может, пылью сей покрыт

Гемпден надменный,

Защитник сограждан, тиранства смелый враг;

Иль кровию граждан Кромвель необагренный,

Или Мильтон немой, без славы скрытый в прах.

Some village Hampden, that with dauntless breast

The little tyrant of his fields withstood,

Some mute inglorious Milton here may rest,

Some Cromwell guiltless of his country’s blood.

Примирительная нотка, звучащая здесь, очень характерна для Грэя. Он не сетует на несправедливость общества, в котором угасли способности людей, призванных, быть может, на великие дела. Если они и не смогли проявить себя в добре, по крайней мере они избежали и зла; судьба провела их сквозь жизнь тихой тропинкой, "вдали от шумной толпы".

В Элегии, написанной на сельском кладбище тенденции кладбищенской лирики, размышления о бренности всего земного сочетаются с прославлением крестьянского труда и патриархально-идиллической крестьянской жизни. Говоря об умерших поселянах, Г. прославляет в восторженных и патетических нотах скромный, незаметный труд, вполне понимая его значение.

Как часто их серпа златую ниву жали,

И плуг их побеждал упорные поля!

Как часто их секир дубравы трепетали,

И потом их лица кропилася земля!

Oft did the harvest to their sickle yield;

Their furrow oft the stubborn glebe has broke;

How jocund did they drive their teams afield!

How bow’d the woods beneath their sturdy stroke!

Однако элегия далее утрачивает свой демократический смысл, превращаясь в прославление патриархальной крестьянской забитости и тупости. Безрадостная жизнь, протекающая в условиях нужды, невежества и лишений, объявляется Г. идеалом человеческого существования. Он говорит о поселянах:

Скрываясь от мирских погибельных смятений,

Без страха и надежд, в долине жизни сей,

Не зная горести, не зная наслаждений,

Они беспечно шли тропинкою своей.

Far from he madding crow’d ignoble strife,

Their sober wishes never learn’d to stray;

Along the cool sequester’d vale of life

They kept the noiseless tenor of their way.

Общим фоном эллегии остаются меланхолические рассуждения о смерти, одинаково неизбежной для нищих и королей. Именно с этой точки зрения жизнь бедняка пользуется предпочтением поэта. Эта жизнь так непривлекательна, что не вызывает в момент смерти особых сожалений.

Г. предпочитает мирную жизнь в сельском уединении пустой, хоть и блестящей жизни света. Он выбирает сельскую идиллию, которая позволяет пройти жизненный путь без волнений и тревог, в тихих радостях единения с природой.

И здесь спокойно спят под сенью гробовою –

И скромный памятник в приюте сосн густых,

С непышной надписью и резьбою простою,

Прохожего зовет вздохнуть над прахом их.

Yet ev’n these bones from insult to protect,

Some frail memorial still erected nigh,

With uncouth rhymes and shapeless sculpture deck’d,

Implores the passing tribute of a sigh.

Одна картина природы сменяется другой. Все они по-разному воспринимаются героем. И каждая оставляет свой след. Красота природы проецируется на его чувства, вызывая симпатии к людям, возвышенные мысли о величии окружающего, стремление слиться с природой. Так в элегии создается гармония между человеком и Вселенной. Она возникает в результате его отказа от бесплодной погони за призрачным счастьем и внешне привлекательными миражами.

Мерное течение рифмованного стиха, которым написана Элегия, плавные переходы от одного описания к другому, обилие типично сентименталистских сравнений создают спокойный тон, наводящий на раздумья о себе и своем времени.

В Элегии создан лирический образ поэта; Г. запечатлен в нем свойственные сентименталистам представления о поэтической натуре. Поэт изображается как человек, “чувствительный душою и кроткий сердцем” , любящий уединение на лоне природы.

Прискорбный, сумрачный, с главою наклоненной,

Он часто уходил в дубраву слезы лить,

Как странник, родины, друзей, всего лишенный,

Которому ничем души не усладить.

Him have we seen the greenwood side along,

While o’er the heath we hied, our labour done,

Now drooping, woeful-wan, like one forlorn,

Or craz’d with care, or cross’d in hopeless love

"Элегия" - один из классических памятников поэзии английского сентиментализма - пережила свое время. К ней не раз обращались поэты-романтики.

Сентиментализм как направление возник в Англии в 50 - 60е гг 18 в и распространился затем по Франции. Он получил название от слова sentiment "чувство", название, которое установилось ко времени выхода в свет "Сентиментальных путешествий " Стерна (1768) и обозначало в первую очередь культ чувства, характерный для сентименталистов. Социальные предпосылки и самый характер сентименализма отличались большой сложностью. С одной стороны углубление социальных противоречий в Англии вызвало у сентименталистов обострение социальной критики не только по адресу дворянства, но и по адресу самой буржуазии. Представители интеллигенции с горечью подмечали пауперизацию крестьянства, замену одних способов эксплуатации другими.

Однако эта критика буржуазных отношений носит у сентименталитов противоречивый характер. Писатели сентименталисты 18-19 вв отказываются понять, что капитализм является неизбежным историческим этапом. Они писали в эпоху промышленного переворота, который падает в основном на 60-90 гг. 18 в. Изобретение и внедрение машин, рост фабрик и городов, быстрое превращение Англии из страны с маленькими городами и значительным земледельческим населением в индустриальную капиталистическую страну - вся эта "промышленная революция" привела сентименталистов в ужас. Они не понимали ее неизбежности, не хотели видеть ее прогрессивных сторон, и, справедливо критикуя жестокость буржуазных отношений, вздыхали об "Эдеме патриархальной тупости". Противоречивость мировоззрения сентименталистов сказывалось и в их отношении к человеческому разуму и его возможностям. Буржуазное общество воспринималось ими как общество, основанное на принципах разума. Однако оно оказалось во власти вопиющих противоречий: человечество вновь обрекалось на неслыханные страдания. Все эти наблюдения приводили многих писателей конца 18 в к разочарованиям в возможностях разума, в дальнейшей судьбе человечества. Пессимизм, стремление противопоставить прежнему культу разума культ чувства, поиски какого-то иррационального выхода становятся типичными для английских писателей-сентименталистов. Философской основой сентиментализма является субъективный идеализм Беркли и Юнга. Беркли в своем "Трактате о принципах человеческого познания"(1710) , отрицая самое существование материи, доказывал, что все предметы внешнего мира представляют собой лишь "комбинации ощущений", что человек знает лишь свои собственные ощущения. Т. о. используя сенсуализм Локка, его учение об ощущениях, как о единственном источнике наших знаний о мире, Беркли развивает его в идеалистическом направлении. Ощущения, которые согласно материалистической теории, дают нам верную картину внешнего мира, оказываются у Беркли чем-то самодовлеющим. Субъективный сенсуализм Беркли был в дальнейшем подхвачен немецкими философами конца 18 в - Фихте и Шеллингом, а в Англии - Юнгом. Вслед за Б. он рассматривает действительность лишь как совокупность идей и впечатлений: по его мнению, все представления человека о мире могут быть ошибочными, а различные законы действительности (например, причины и следствия) на самом деле не существуют, а лишь по привычке навязываются ей человеком. Все размышления Юнга пронизаны тем же отрицанием материальности мира, что и у Б. Английские сентименталисты по своим взглядам во многом близки Б. и Ю. Для них характерны разочарование в возможностях человеческого разума, сомнения в познаваемости мира, субъективизм.

В английской сентименталистской поэзии соединяются искренний интерес к жизни и труду народа и консервативная идеализация патриархального крестьянского быта. Особенностью сентиментализма являются свойственные ему в некоторой степени пессимистические и религиозные тенденции. Сюда же мы отнесем направление "кладбищенской поэзии", которое свидетельствует о тех настроениях безысходности и тоски, которое охватывает мелкобуржуазные слои населения в Англии 18 в. Герои "кладбищенских" элегий и поэм блуждают средь могил, спускаются в склепы, рассматривают кости и черепа, рассуждают о смысле жизни, о смерти, которая уравнивает нищих и королей. Самая тема равенства, к которой любят обращаться идеологи буржуазии в своей борьбе с дворянством, приобретает у английских сентименталистов религиозный оттенок. Это лишь равенство в смерти, равенство перед Богом (практическая борьба с дворянством их уже не интересует) .


просмотров: 1651
Search All Ebay* AU* AT* BE* CA* FR* DE* IN* IE* IT* MY* NL* PL* SG* ES* CH* UK*
Amulet Box Set Kazu Kibuishi 2016, Book

$15.14
End Date: Tuesday May-15-2018 10:06:22 PDT
Buy It Now for only: $15.14
|
Little Fires Everywhere By Celeste Ng (Hardcover) Book 2017 Free Shipping!

$65.00
End Date: Thursday Apr-26-2018 9:49:09 PDT
Buy It Now for only: $65.00
|
Brand New Naruto Box Set 2 Volumes 28-48

$7.99
End Date: Friday May-18-2018 3:04:35 PDT
Buy It Now for only: $7.99
|
Circe by Madeline Miller (2018, eBooks)

$115.00
End Date: Thursday May-3-2018 14:32:19 PDT
Buy It Now for only: $115.00
|
Search All Amazon* UK* DE* FR* JP* CA* CN* IT* ES* IN* BR* MX
Search Results from «Озон» Художественная литература, анонсы.
 
Александр Ратнер Тайны жизни Ники Турбиной
Тайны жизни Ники Турбиной
Перед Вами первое масштабное исследование жизни и творчества Ники Турбиной, проделанное близким другом семьи - Александром Ратнером.

Ника Турбина - знаковая фигура конца 80-начала 90-х годов, поэтесса, известная своими ранними стихотворениями, трагически погибшая в возрасте 27 лет. Многое из ее биографии до сих пор покрыто тайной даже для поклонников ее творчества, в частности, кто был ее отцом, почему порвал с ней отношения Евгений Евтушенко, что делала она в течение года в Швейцарии, действительно ли она являлась автором своих стихов и многое другое.

Книга проиллюстрирована уникальными фотографиями, черновиками стихов, письмами и др....

Ван Гог Винсент Письма к брату Тео. Раритетное издание с эскизами и иллюстрациями
Письма к брату Тео. Раритетное издание с эскизами и иллюстрациями
?Ставшие настоящим эпистолярным наследием, письма Винсента Ван Гога к его брату Тео до глубины души потрясают своей искренностью. За сто с лишним лет, переписка двух братьев, которая длилась целых пятнадцать лет, стала не менее популярной, чем знаменитые подсолнухи художника, и была переведена на все европейские языки. Меж тем, мало кто знает, что эти бесконечные, пронзительные письма, пестрили многочисленными рисунками предметов, которые видел перед собой Ван Гог. Используя оригинальные эскизы и наброски из писем, мы попытались воспроизвести то, как выглядели письма художника, который рисовал все, чего касались его гениальные глаза. Перед вами уникальное издание, каждая страница которого пронизана атмосферой, в которой жил и трудился Ван Гог. Из нее становится понятнее, каким на самом деле видел мир человек, создававший столь красочные и яркие картины....

Углов Федор Григорьевич Сердце хирурга. Дополненное издание
Сердце хирурга. Дополненное издание
Перед вами уникальное издание - лучший медицинский роман XX века, написанные задолго до появления интереса к медицинским сериалам и книгам. Это реальный дневник хирурга, в котором правда все - от первого до последнего слова. Повествование начинается с блокадного Ленинграда, где Федор Углов и начал работать в больнице.

Захватывающее описание операций, сложных случаев, загадочных диагнозов - все это преподносится как триллер с элементами детектива. Оторваться от историй из практики знаменитого хирурга невозможно. Закрученный сюжет, мастерство в построении фабулы, кульминации и развязки - то действительно классика, рядом с которой многие современнее бестселлеры в этом жанре - жалкая беспомощная пародия. Книга "Сердце хирурга" переведена на многие языки мира....

Уилл Айснер Контракт с Богом и другие истории арендного дома
Контракт с Богом и другие истории арендного дома
О книге
Выход "Контракта с Богом" в конце 70-х годов произвел революцию в мире американских комиксов. Уилл Айснер, признанный комиксист, решил создать комикс, не похожий ни на какую другую работу в этом формате. И рассказал четыре истории, происходящие с жителями одного арендного дома в Нью-Йорке в 30-е. Четыре истории о любви, вере, предательстве на фоне арендного дома № 55 на Дропси-авеню. Эти проникновенные рассказы соединились в невероятный графический роман, ставший классикой комикса и по-прежнему остающийся близким и трогающим образцом настоящей большой литературы.

Фишки книги
- Главный труд и самая известная книга Уилла Айснера.
-  Предисловие Скотта Макклауда, автора культовой книги "Понимание комикса".
-  Вступительное слово Уилла Айснера.
- История создания «первого графического романа».
-  Российское издание комикса повторяет посвященное 100-летию Айснера юбилейное издание.

Для кого эта книга
Для любителей комиксов.
Для всех, кто любит непростые жизненные истории.

...

Гузель Яхина Дети мои
Дети мои
Гузель Яхина - автор Тотального диктанта в 2018 году: три отрывка из нового романа «Дети мои» задействованы в одной из самых масштабных просветительских акций в России.
«Дети мои» - новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий «Большая книга» и «Ясная Поляна» за бестселлер «Зулейха открывает глаза».
Поволжье, 1920-1930-е годы. Якоб Бах - российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность.

«Я хотела рассказать о мире немецкого Поволжья - ярком, самобытном, живом - о мире, когда-то созданном пришлыми людьми в чужой стране, а сегодня затерянном в прошлом. Но это еще и история о том, как большая любовь порождает страхи в нашем сердце и одновременно помогает их превозмочь». Гузель Яхина

Гузель Яхина - писатель, лауреат премий «Ясная Поляна» и «Большая книга». Родилась в Казани, окончила Казанский государственный педагогический институт, сценарный факультет Московской школы кино. Дебютный роман «Зулейха открывает глаза» стал ярким событием в литературе, отмечен ведущими литературными премиями. Издан тиражом более 200 тыс. экз. и переведен на 30 языков. В 2018 года Гузель Яхина стала автором «Тотального диктанта». Три текста для разных часовых поясов, названные «Утро», «День» и «Вечер» - избранные отрывки из романа «Дети мои».

Цитата: «Дети не боялись ничего. В их доверчивых взорах и открытых лицах Бах узнавал то же бесстрашие, что наблюдал с рождения в глазах Анче. Голоса детей были полны веры и страсти, а улыбки - любви и надежд. Движения их были свободны, радостны, и они несли эту радость и эту свободу с собой - на покровские улицы, в тесные пространства местных рабочих клубов, театров, читален. Детей не пугали рыбьи и мышиные морды взрослых - возможно, дети их попросту не замечали: они проходили сквозь чужие страхи - как через мелкий брод, оставаясь при этом сухими. Мир распадался надвое: мир испуганных взрослых и мир бесстрашных детей существовали рядом и не пересекались».


...

Константин Паустовский, Галина Трефилова,  А. Борщаговский К. Паустовский. Собрание сочинений в 7 томах (эксклюзивное подарочное издание)
К. Паустовский. Собрание сочинений в 7 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Переплет ручной работы изготовлен из натуральной кожи по старинной европейской технологии XVIII века.
Блинтовое и золотое тиснение переплета.
Трехсторонний золотой обрез.
Каждый том дополняет шелковое ляссе.

Константин Георгиевич Паустовский - классик отечественной литературы, замечательный художник слова, знаток родной при роды. Щедрый писательский дар и изобретательная фантазия Паустовского позволяли ему рассказывать на страницах своих произведений о таких сложнейших проблемах века, как интеллигенция и революция, художник и общество, природа и цивилизация....

Евгений Карнович Е. П. Карнович. Собрание сочинений в 4 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Е. П. Карнович. Собрание сочинений в 4 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Впервые издается самое полное собрание сочинений Евгения Петровича Карновича - выдающегося русского историка, публициста и прозаика. В четырехтомник вошли все исторические романы и повести писателя, а также лучшие из его исследовательских работ по истории российского средневековья....

Глеб Успенский Глеб Успенский. Собрание сочинений в 9 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Глеб Успенский. Собрание сочинений в 9 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Оригинально оформленное подарочное издание. Переплет ручной работы изготовлен из натуральной кожи по старинной европейской технологии XVIII века. Блинтовое и золотое тиснение переплета. Трехсторонний золотой обрез. Каждый том дополняет шелковое ляссе.

Многочисленные очерки и рассказы Успенского посвящены жизни разных социальных слоев русского народа. Документальный характер произведений, злободневность, реализм, внимание к деталям, запоминающиеся персонажи, великолепное знание народной речи - все это делает очерки и рассказы Глеба Ивановича Успенского ярким литературным явлением конца XIX столетия....

Фредерик Стендаль Стендаль. Собрание сочинений в 15 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Стендаль. Собрание сочинений в 15 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Оригинально оформленное подарочное издание. Переплет ручной работы изготовлен из натуральной кожи по старинной европейской технологии XVIII века. Блинтовое и золотое тиснение переплета. Трехсторонний золотой обрез. Каждый том дополняет шелковое ляссе.

Стендаль - один из тех писателей, кто составил славу французской литературы XIX века. Его перу принадлежат "Пармская обитель", "Люсьен Левель", "Ванина Ванини", вершиной же творчества писателя стал роман "Красное и черное"....

Кристиан Лоренц Сегодня День рождения мира. Воспоминания легендарного немецкого клавишника
Сегодня День рождения мира. Воспоминания легендарного немецкого клавишника
Откровенные дневниковые заметки клавишника группы Раммштайн, написанные прямо во время гастролей, открывают занавес в закулисье немецкого рока. Вы сможете взглянуть на других участников немецкой группы, на музыку и на мир не из зрительного зала, а прямо со сцены и из гримерки артиста.

О чем: 
Вам когда-нибудь хотелось проехаться гастрольным туром вместе с любимой группой хотя бы в качестве наблюдателя? Благодаря этим мемуарам ваша мечта наконец-то сбудется! Талантливый и робкий, эпатажный и смешной Флаке станет вашим проводником в мир немецкого рока - и вы узнаете все, что творится на сцене и на её задворках. 

Для кого: 
Для поклонников творчества группы Раммштайн
Для музыкантов, ищущих свой творческий путь
Для всех любопытных "Must have для всех фанатов Rammstein!" Amazon-Kunde

"Флаке пишет отрывочно и забавно. Видишь участников группы прямо перед собой и можешь представить себе все в подробностях. Я могу только рекомендовать эту книгу к прочтению и желать всем такого же большого удовольствия при чтении, какое испытал я". K.Wittwer. 
"Меня снова и снова поражает слог Флаке, потому что у него совершенно нет неуместных выражений или неточных слов. Небрежно и легко он формулирует повседневную жизнь группы в поездке, случайные знакомства, неудачи в музыкальном процессе и выборе костюмов". WeLoveBooks Literaturplattform

...

«CRM АвтоВебОфис» прием платежей, email-рассылки и работа с клиентами для интернет бизнеса
2008 Copyright © BookPoster.ru Мобильная Версия v.2015 | PeterLife и компания
Пользовательское соглашение использование материалов сайта разрешено с активной ссылкой на сайт
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100 Яндекс.Метрика Яндекс цитирования