Информация по русской литературе
Серебряный век

Серебряный век

 

Лирика “серебряного” века многообразна и музыкальна. Сам эпитет “серебряный” звучит, как колокольчик. Серебряный век- это целое созвездие поэтов. Поэтов - музыкантов. Стихи “серебряного” века - это музыка слов. В этих стихах не было ни одного лишнего звука, ни одной ненужной запятой, не к месту поставленной точки. Все продуманно, четко и . . . музыкально.

В начале XX в. существовало множество литературных направле-ний. Это и символизм, и футуризм, и даже эгофутуризм Игоря Северянина. Все эти направления очень разные, имеют разные идеалы, преследуют разные цели, но сходятся они в одном : работать над ритмом, словом, довести игру звуками до совершенства.

Особенно, на мой взгляд, в этом преуспели футуристы. Футуризм напрочь отказался от старых литературных традиций, “старого языка”, “старых слов”, провозгласил новую форму слов, независимую от содержания, т.е. пошло буквально изобретение нового языка. Работа над словом, звуками становилась самоцелью, тогда как о смысле стихов совершенно забывалось. Взять , например, стихотворение В. Хлебникова “ Перевертень”:

Кони, топот, инок.

Но не речь, а черен он.

Идем молод, долом меди.

Чин зван мечем навзничь.

Голод чем меч долог?

Пал а норов худ и дух ворона лап ...

Смысла в этом стихотворении никакого, но оно замечательно тем, что каждая строчка читается и слева направо, и справа на лево.

Появлялись, изобретались, сочинялись новые слова. Из одного лишь слова “смех” родилось целое стихотворение “ Заклятие смехом”:

 

О, рассмейтесь смехачи!

О, засмейтесь смехачи!

Что смеются смехами, что смеянствуют смеяльно,

О, засмейтесь усмеяльно!

О, рассмешек надсмеяльных - смех усмейных смехачей!

О, иссмейся рассмеяльно сих надсмейных смеячей!

Смейво, смейво,

Усмей, осмей, смешки, смешки,

Смеюнчики, смеюнчики.

О, рассмейтесь, смехачи!

О, засмейтесь, смехачи!

Культы формы долго не просуществовал, и многие новые слова не вошли в язык общества. Футуризм быстро изжил себя. Но работа футуристов не пропала даром. В их стихах к почти совершенному владению словом добавился смысл, и они зазвучали, как прекрасная музыка. Борис Пастернак “ Метель”:

В посаде, куда ни одна, нога

Не ступала, лишь ворожей да вьюги

Ступала нога, в бесноватой округе,

Где и то, как убитые, спят снега, -

Постой, в посаде, куда ни одна

Нога не ступала, лишь ворожеи

Да вьюги ступала нога, до окна

Дохлестнулся обрывок шальной шлеи . . .

Я не привожу это стихотворение полностью, но уже с первых строк слышна песня метели. Всего одно предложение, а тебя закружила, понесла метель ... Пастернак начинал как футурист. Талант Пастернака и владение формой - школа футуризма, дали потрясающий результата: необыкновенно красивые, музыкальные стихи.

 

Обратимся теперь к символистам. Символизм провозглашал не только культ формы стиха, но и культ символов : отвлеченность и конкретность необходимо легко и естественно слить в поэтическом символе, как “ в летнее утро реки воды гармонично слиты солнечным светом”. Это и происходит в стихах К.Бальмонта, похожих на шелест листвы. Например, его таинственное, загадочное стихотворение “Камыши”:

Полночной порою в болотной глуши

Чуть слышно, бесшумно кричат камыши.

В каждом слове этого стихотворения употребляется шипящий звук. Из-за этого все стихотворение как будто шелестит, шуршит.

О чем они шепчут? О чем говорят?

Зачем огоньки между нами горят?

Мелькают, мигают - и снова их нет.

И снова забрезжит блуждающий свет...

И тиной запахло. И сырость ползет.

Трясина заманит, сожжет, засосет.

“ Кого? Для чего?” - камыши говорят.

Зачем огоньки между нами горят?

Разговор камышей, мигание мелькание огоньков, трясина, сырость, запах тины - все создает ощущение таинственности, загадки. И в то же время от строк

В болоте дрожит умирающий лик.

То месяц багровый печально поник . . .

И вздох повторяя погибшей души,

Тоскливо, бесшумно шуршат камыши.

 

веет дыханием смертельной тоски. Так рождается таинственная , жутко-вато-притягательная музыка стихотворения . . .

Еще одно стихотворение Бальмонта, очень красивое и символичное - это “ Я мечтою ловил уходящие тени . . .” постоянное повторение слов в каждых двух строчках создает как бы переливающийся, журчащий ритм:

Я мечтою ловил уходящие тени,

Уходящие тени погасавшего дня,

Я на башню всходил, и дрожали ступени,

И дрожали ступени под ногой у меня.

В повторении слов “ и дрожали ступени, и дрожали ступени”, “тем ясней рисовались, тем ясней рисовались”, “ вокруг раздавались, вокруг меня раздавались” и т.д. употребляются звуки “р” и “л”, за счет чего стихотворение получается похожим на журчащие переливы ручья. Это что касается языка. Что же касается содержания стихотворения - оно наполнено глубоким смыслом. Человек идет по жизни все выше и выше, ближе и ближе к своей цели:

И чем выше я шел, тем ясней рисовались,

Тем ясней рисовались очертания вдали . . .

Чем я выше всходил, тем светлее сверкали,

Тем светлее сверкали выси дремлющих гор . . .

Он оставляет позади прожитые годы - “уходящие тени погасшего дня”, уснувшую Землю, но цель его все еще далека:

Для меня же блистало дневное светило,

Огневое светило догорало вдали.

 

Но он верит, что достигнет заветной мечты. Он узнал, “как ловить уходящие тени . . . потускневшего дня”, т.е. как не зря проживать время, отведенное ему в этом мире и все выше шел, дальше, ближе и ближе к своей мечте.

Еще одно стихотворение Бальмонта я хотела бы привести. Это красивое посвящение любви.

“ Черкешенки”

Я тебя сравнивать хотел бы с нежной ивой плакучей

Что склоняет ветви к влаге, словно слыша звон созвучий . . .

Я тебя сравнивать хотел бы с той индусской баядерой,

Что сейчас-сейчас заплачет, чувства меря звездной мерой.

Я тебя сравнить хотел бы . . . Но игра сравнений темна,

Ибо слишком очевидно: ты средь женщин несравненна.

Я перехожу к акмеизму и к моим любимым поэтам: Николаю Гумилеву и Анне Ахматовой. Акмеизм - стиль, придуманный и основанный Гумилевым, подразумевал отражение реальности легкими и емкими словами. сам Гумилев очень критически относился к своим стихам, работал над формой и над содержанием. Гумилев, как известно, много путешествовал по Африке, Турции, востоку. Впечатления от путешествий отразились в его стихах, диких экзотических ритмах. В его стихах звучит и музыка заморских стран, и песни России, и смех и слезы любви, и трубы войны. Одни из самых прекрасных стихотворений об Африке - это “ Жираф” и “ Озеро Чад”.

“Жираф” - это изысканная музыка “таинственных стран”. Все стихотворение особенное:

Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд

И руки особенно тонки, колени обняв.

Послушай : далеко, далеко на озере Чад

Изысканный ходит жираф.

 

И начинается особенно таинственная и грустная сказка “ про чер-ную деву, про страсть молодого вождя, . . . перо тропический сад, про стройные пальмы и запах немыслимых трав . . .” Потрясает описание жирафа:

Ему грациозная стройность и нега дана,

И шкуру его украшает волшебный узор,

С которым равняться осмелится толь луна,

Дробясь и качаясь на влаге широких озер. . .

необычные сравнения:

Вдали он подобен цветным парусам корабля,

И бег его плавен, как радостный птичий полет.

Это стихотворение настолько мелодично, что в наше время на него написана музыка и оно стало песней. И вот еще одна таинственная сказка : “ Озеро Чад”. Она похожа на любовный роман в стихах. Сюжет его банален и грустен, но язык стихотворения придает ему красоту и необычайность:

На таинственном озере Чад

Посреди вековых баобабов

Вырезные фигурки стремят

На заре величавых арабов.

По лесистым его берегам

И в горах, у зеленых подножий

Поклоняются странным богам

Дев-жрицы с эбеновой кожей.

 

Таинственное озеро, величавые арабов, странные боги, девы-жрицы - все это создает загадочную и величественную атмосферу, в которую погружается читатель. Вот он видит прекрасную пару: дочь властительного Чада и ее мужа - могучего вождя, и красивого, но лицемерного европейца. Он видит красивый, простой мир Чада и “цивилизованный” грустный мир Европы, где кабаки, пьяные матросы и грязная жизнь. “Озеро Чад” не очень большое стихотворение, но написано оно столь ярким и выразительным языком, что перед нами проходит целая жизнь . . .

Гумилев пережил первую мировую войну. В своих стихах он пока-зал бессмысленность этой войны, которая принесла только горе, траур в города и села, печальную, песню заупокойных . . . Интересны сравнения войны и мирными образами:

Как собака на цепи тяжелой,

Тявкает за лесом пулемет,

И жужжат пули, словно пчелы,

Собирая ярко-красный мед.

А “ура” вдали - как будто пенье

Трудные день окончивших жнецов.

Поэт говорит, что перед богом равны как воюющие люди, так и мирное люди :

Их сердца горят перед тобою,

Восковыми свечками горят.

“Зачем, для чего война, во имя чего?” - спрашивает Гумилев. Да, кому-то она приносит славу, титулы, удачи. Но

 

. . . сосчитают ли потопленных

Во время трудных переправ,

Забытых на полях потоптанных

И громких в летописях слав?

Иль зори будущие ясные

Увидят такими как встарь -

Огромные гвоздики красные

И на гвоздиках спит дикарь?

Так не лучше ли прекратить истреблять друг друга, а обняться и сказать “Милый, вот, прими мой братский поцелуй!” Стихи Гумилева о войне - это труба протеста всех мирных людей против насилия, гневная ода против бессмысленных убийств.

О музыке гумилевских стихов можно говорить бесконечно долго и много. Поэзия Гумилева - это вся его жизнь, занятая поисками красоты. Стихи его отразили “не только искание красоты, но и красоту исканий”.

Анна Ахматова. Русская Сапфо, жрица любви . . . Ее стихи - это песни любви. Всем известна ее потрясающая поэма “У самого моря”, в которой слышится шум прибоя и крики чаек . . .

Смешно называть “врагом народа”, “пошлой мещанкой” человека, который создал “Реквием” - страшную правду о России, и который написал стихотворение, в котором выражена вся красота старинных городов Святой Руси. В 12-ти строчках А.Ахматова смогла описать всю ту благостную, умиротворяющую атмосферу древних русских городов:

Там белые церкви и звонкий, светящийся лед,

Над городом древних алмазные русские ночи

И серп поднебесный желтее, чем липовый мед.

Там вьюги сухие взлетают с заречных полей,

И люди, как ангелы, Большому празднику рады,

Прибрали светлицу, зажгли у киота лампады,

И книга благая лежит на дубовом столе . . .

Все стихотворение наполнено рождественским звоном колоколов. Все оно пахнет медом и печеным хлебом, напоминает древнюю православную Русь.

Безусловно, во всех стихах Ахматовой можно найти ту или иную мелодию ( даже некоторые ее стихи называются “песнями”, “песенками”). Например, в “Песне последней встречи” слышна тревожная, растерянная музыка:

Так беспомощно грудь холодела

Я на правую руку надела

Перчатку с левой руки

Между кленов шепот осенний

Попросил: “Со мною умри!

Я обманут своей унылой,

Переменчивой, злой судьбой.”

Я ответила: “Милый, милый!

И я тоже, умру с тобой . . .”

А в другом стихотворении “Широк и желт вечерний свет . . .” звучит мелодия счастья, спокойствия после бури исканий:

Ты опоздал на много лет,

Но все-таки тебя я рада

Прости, что я жила скорбя

И солнцу радовалась мало.

Прости, прости, что за тебя

Я слишком многих принимала.

Говоря о музыке в поэзии “серебряного” века, нельзя не остановиться на стихах Игоря Северянина, короля поэтов, основателя эгофутуризма. В манифесте эгофутуризма не отвергалось старое, как в футуризме, но также провозглашалась борьба с заставками и стереотипами, поисками новых, смелых образов, разнообразных ритмов и рифм. Игорь Северянин , бесспорно, виртуозно владел

 

словом. Доказательством этому служит потрясающее стихотворение “Чары Лючинь”, где в каждом слове, начиная с названия есть буква “ч”. Приведу только первые строки:

Лючинь печальная читала вечером ручисто-вкрадчиво,

Так чутко чувствуя журчащий вычурно чужой ей плач . .

Хотя все стихотворение довольно большое, оно, в отличие от стихов футуристов, имеет смысл. И еще о двух стихах Северянина хотелось бы рассказать. “Кензель” - светское стихотворение, напоминает блюз своей своеобразной ритмикой, повторениями:

В шумном платье муаровом, в шумном платье муаровом

По аллее огненной вы проходите морево . . .

Ваше платье изысканно, Ваша тальма лазорева,

А дорожка песочная от листвы разузорена -

Точно лапы паучные, точно лих ягуаровый . . .

И “Серенада”, имеющая второе название “Хоровод рифм”. И это действительно хоровод рифм, удивительно гармоничный : “ в вечернем воздухе - в нем нежных роз духи!”, “ над чистым озером - я стану грез пером”, “перепел - росу всю перепил”, “ по волнам озера - как жизнь без роз сера”, и т.д.

Я говорил о музыке в стихах “серебряного” века, но ведь были и стихи о музыке, и их очень много. Это северянинские “Медальоны”, где есть сонеты о композиторах: “Шопен”, “Григ”, “Бизе”, “Россини”, где Северянин говорит : из всех богов наибожайший бог - бог музыки. . .” и “ мир музыки переживет века, когда его природа глубока”. Это ахматовская “Песенка о песенке”, которая

 

. . . сначала обожжет,

Как ветерок студеный,

А после в сердце упадет

Одной слезой соленой.

Это гумилевские “Абиссинские песни” с их дивными напевами. Это

экзотический “Кек-уок на цимбалах” И.Ф.Анненского, дробный, гулкий, торопливый:

Пали звоны топотом, топотом,

Стали звоны ропотом, ропотом,

То сзываясь,

То срываясь,

То дробя кристалл.

И, наконец, поразительное стихотворение В.Маяковского “Скрип-ка и немножко нервно”, где музыкальные инструменты олицетворены и представлены как люди, разные, с разными характерами, Маяковский предлагает скрипке, как девушке : “Знаете что, скрипка, давайте - будем жить вместе! А?”.

На этом я хочу закончить свое сочинение. Как много нового внес “серебряный” век поэзии в музыку слова, какая огромная проведена работа, сколько создано новых слов, ритмов, кажется, произошло единение музыки с поэзией. Это действительно так, т.к. многие стихи поэтов “серебряного” века переложены на музыку, и мы слушаем и поем их, смеемся и плачем над ними. . .

 


просмотров: 845
Search Results from Ebay.US* DE* FR* UK
The Chronicles of Narnia Box Set (Books 1 to 7) by C.S.Lewis - Hardcover

$75.00
End Date: Sunday Sep-10-2017 13:15:39 PDT
Buy It Now for only: $75.00
|
A Series of Unfortunate Events Box: The Complete Wreck (Books 1-13) - Hardcover

$7.59
End Date: Tuesday Sep-12-2017 10:28:37 PDT
Buy It Now for only: $7.59
|
NEW - Mr. Mercedes: A Novel (The Bill Hodges Trilogy) by King, Stephen

$1.99 (0 Bids)
End Date: Tuesday Aug-22-2017 14:30:42 PDT
|
FACE THE FIRE A Novel by Nora Roberts Hardback Book

$90.99
End Date: Thursday Sep-21-2017 12:47:53 PDT
Buy It Now for only: $90.99
|
Search Results from «Озон» Художественная литература, анонсы.
 
Генри Марш Призвание. О выборе, долге и нейрохирургии
Призвание. О выборе, долге и нейрохирургии
"Не навреди" - первая книга Генри Марша, ставшая международным бестселлером, - тоже не была легким чтивом: слишком уж серьезные темы в ней затрагивались. В "Призвании" автор последовательно развивает эти темы, ставя перед собой и читателем острые и неудобные вопросы, которых всем нам хотелось бы избежать, но над которыми каждому рано или поздно придется задуматься. Вопросы о жизни и смерти, о своих ошибках и провалах, о чувстве вины - о том, как примириться с собой и с тем, что ты всего лишь человек. Но так ли уж это мало - быть человеком? На все вопросы доктор Марш дает ответ. Не универсальный - нет, но выстраданный и обоснованный. И читателю уже не хочется смеяться, несмотря на множество забавных эпизодов и присущий автору типично британский юмор. Хочется поспорить, отыскать собственные ответы… а еще - прокатиться на слоне, или смастерить домик для совы, или побольше узнать о собственной семье - словом, сделать наконец все то, до чего так долго не доходили руки.

Прочитав эту книгу, вы узнаете:
- что бюрократы способны кого угодно довести до белого каления, и в этом смысле британская бюрократия ничуть не лучше любой другой;
- каково это - увидеть свой собственный мозг прямо во время операции;
- что и для врача, и для пациента гораздо лучше, если последний хоть немного разбирается в человеческой анатомии и психологии;
- каким образом человеческий мозг способен предсказывать будущее.

Стоит ли вам покупать эту книгу?
Перед нами все тот же доктор Марш - вспыльчивый и отходчивый, решительный и в то же время вечно сомневающийся, рациональный, но в чем-то наивный, нетерпимый к бессмысленной волоките и снисходительный к чужим промахам. А главное - совершенно не утративший неуемную любознательность и жажду действия, которые забрасывают его то в Непал, то в Америку, то опять же на Украину. И до всего-то ему есть дело, все-то ему надо попробовать и испытать на себе, о чем он откровенно рассказывает в своей второй книге, хотя не все его начинания заканчиваются успешно и далеко не всегда он оказывается на высоте....

Виктор Гусев Нефартовый
Нефартовый
Три статуэтки ТЭФИ, правительственная премия лучшему пишущему журналисту и медаль "За боевые заслуги". Спасательная экспедиция в Антарктиде и война в Африке. Борьба за выживание на необитаемом острове и необычное кругосветное плавание. А еще - учеба в Америке, работа в НХЛ с легендарным тренером и жизнь на улице имени своего деда.
Он прошел 15 Олимпиад, комментировал на Первом канале матчи 13 чемпионатов мира и Европы по футболу. Совершал исторические заокеанские турне с хоккейными клубами "Динамо" и ЦСКА. Он выпускал судовую газету и первый в стране цветной журнал о футболе. Работал пресс-атташе футбольной сборной России и синхронным переводчиком на 50 конгрессах Международной федерации хоккея. А однажды стал "русским пингвином".
Все это - один человек: Виктор Гусев.
А его книга - это не только о хоккее и футболе. Это про лед, взломанный на пути к цели, и про поле жизни, насыщенной невероятными событиями.
И еще это очень смешно...

Об авторе:
Виктор Гусев - популярный российский телеведущий, журналист, спортивный комментатор "Первого канала", обладатель правительственных наград и престижных премий, участник телевизионных шоу "Последний герой 3: Остаться в живых" и "Большие гонки".

Жанр: биография, мемуары.

О книге:
Первая книга знаменитого Виктора Гусева "Нефартовый", в которой он иронично, остроумно и невероятно увлекательно рассказывает о перипетиях своей спортивной, телевизионной и личной жизни. Истории об участии в Олимпиадах сменяются рассказами о футбольных и хоккейных матчах, казусы студенческой жизни в Америке - невероятными событиями африканской войны и спасением бельков в Антарктиде, закулисные интриги телевизионных шоу - описаниями встреч с удивительными людьми и невероятными путешествиями.

Особенности:
Легкий стиль повествования, прекрасный литературный язык, подчас кажущиеся нереальными события из жизни, и безграничное обаяние Виктора Гусева, за которое его любят друзья, слушатели и поклонники, - все это делает книгу "Нефартовый" живой, веселой и интересной....

Жорж Санд Жорж Санд. Собрание сочинений в  14 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Жорж Санд. Собрание сочинений в 14 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Переплет ручной работы изготовлен из натуральной кожи по старинной европейской технологии XVIII века.
Блинтовое и золотое тиснение переплета.
Трехсторонний золотой обрез.
Каждый том дополняет шелковое ляссе.

Произведения французской писательницы XIX в. Жорж Санд - под этим псевдонимом публиковала свои романы Аврора Дюпен (по мужу Дюдеван) - пользуются заслуженным успехом у читателей всего мира....

Константин Бадигин Константин Бадигин. Собрание сочинений в 5 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Константин Бадигин. Собрание сочинений в 5 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Переплет ручной работы изготовлен из натуральной кожи по старинной европейской технологии XVIII века.
Блинтовое и золотое тиснение переплета.
Трехсторонний золотой обрез.
Каждый том дополняет шелковое ляссе....

Донцова Дарья Аркадьевна Гадюка в сиропе
Гадюка в сиропе

Рой Олег Искусство выживания
Искусство выживания
?Мог ли великий сказочник предположить, что его персонажи шагнут через века и станут героями современной сказки?! Красная Шапочка и Серый Волк — чем не пара, тем более что связывают их настоящие чувства, выгодно отличающиеся от подделок, которых так много в настоящее время. Но даже самого искреннего чувства оказывается недостаточно, если против героев не только злонамеренная родня, но и не менее жестокий быт. Выживет ли любовь при таких обстоятельствах?.. И вот, закатав рукава, с криком "Банзай!" Красная Шапочка готова вступить в бой за собственное счастье....

Татьяна Корсакова Алое на черном
Алое на черном
Эти места не зря пользуются дурной славой. Каждые тринадцать лет здесь наступает особенная ночь. В это время над старым пепелищем вспыхивает во мгле алый колдовской огонь. Самая темная ночь всегда требует себе жертву. На этот раз горькая участь уготована Ксанке, хрупкой девушке, наделенной необыкновенными способностями. Вскоре ей придется узнать цену любви и предательства, умения прощать и безжалостной злобы... 
Читайте захватывающую дилогию "Самая темная ночь" и "Час перед рассветом" в одном томе....

Самаров Сергей Васильевич Бородатая банда
Бородатая банда

Эра Ершова В глубине души
В глубине души
Вплоть до окончания войны юная Лизхен, работавшая на почте, спасала односельчан от самих себя - уничтожала доносы. Кто-то жаловался на неуплату налогов, кто-то - на неблагожелательные высказывания в адрес властей. Дядя Пауль доносил полиции о том, что в соседнем доме вдова прячет умственно отсталого сына, хотя по законам рейха все идиоты должны подлежать уничтожению. Под мельницей образовалось целое кладбище конвертов. Для чего люди делали это? Никто не требовал такой животной покорности системе, особенно здесь, в глуши. Шли годы. Для строительства магистрали требовалось снести мельницу. Тут-то и открылось тайное кладбище…
В повести "В глубине души", как и в других повестях и рассказах Эры Ершовой, вошедших в книгу, исследуется человеческая душа. Автор поражается тому, как однообразно и непритязательно добро в человеке и как прихотливо и изобретательно зло.

"Представляем нового автора - Эру Ершову. Ее можно сравнить с Викторией Токаревой: любимые жанры и у того, и у другого писателя - рассказ, повесть; обе - мастера в создании истории. Эру Ершову можно сравнить с Диной Рубиной: их богатство языка, интонаций, оттенков вполне соизмеримы. Эру Ершову можно сравнить с Людмилой Улицкой: ни тот, ни другой автор не навязывают своего мнения о персонаже, поступке, предоставляя читателю самому сделать вывод и дать оценку. Но об Эре Ершовой можно также сказать, что она абсолютно самобытна и ни на кого не похожа: несмотря на правдивое, порой безжалостное, изображение прозы бытия, писатель заражает нас ощущением бесконечности жизни и вероятности чуда. И это как раз и есть то утешение, которого так ищет современный читатель в литературе....

Малиновская Елена Михайловна Гадалка. Игра в прятки
Гадалка. Игра в прятки

2008 Copyright © BookPoster.ru Мобильная Версия v.2015 | PeterLife и компания
Пользовательское соглашение использование материалов сайта разрешено с активной ссылкой на сайт
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100 Яндекс.Метрика Яндекс цитирования