Информация по русской литературе
Социальная фантастика А. и Б. Стругацких

 

Социальная фантастика А. и Б. Стругацких

Аркадий и Борис Стругацкие - пожалуй, самые известные русскоязычные фантасты в мире. Хотя то, что они писали, – это не просто фантастика и даже не просто фантастическая литература, а Литература в самом полном смысле этого слова.

Писать братья Стругацкие начали в конце 50-х гг. В своем творчестве они прошли путь, на который постепенно развивающейся фантастике потребовалось более ста лет. В конце творческого пути Стругацкие во многом определяли развитие этого жанра. Ранние вещи Стругацких – “Страна багровых туч”, “Извне”, “Путь на Амальтею”, “Шесть спичек”, “Стажеры” - представляли собой почти классическую научную фантастику, характерную своего времени. Помимо стандартных сюжетов и научно-фантастического реквизита в повестях есть что-то еще, что и заставляет употребить слово “почти”.

Уже здесь видно, что писателей люди занимают куда больше самой фантастической техники. Техника и научные достижения в этих произведениях, конечно, есть. Более того, именно в ранних вещах Стругацкие и создают свой фантастический мир с глайдерами, скорчерами, нуль-транспортировкой и т.п. Но все это не более чем фон, прекрасно выписанный, продуманный, почти ощутимый, но все же фон.

В этой связи вспоминается эпизод из повести “Понедельник начинается в субботу”, где герой путешествует в Описанное Будущее (как представляют его писатели-фантасты): “В большинстве своем … люди были какие-то нереальные, гораздо менее реальные, чем могучие, сложные … механизмы …” Для Стругацких такое невозможно.

Внимательный читатель не может не заметить, как часто многие детали опущены. Авторы не утомляют читателя длинными описаниями устройства и принципов работы своих изобретений. Это касается не только технических подробностей, но и некоторых сюжетных моментов. Как попал в будущее заключенный концлагеря Саул Репнин ? ( “Попытка к бегству” ) При каких “странных обстоятельствах” найдена рукопись Малянова? ( “За миллиард лет до конца света” ) Что такое Зона? ( “Пикник на обочине” ) Писатели не считают нужным отвечать на эти вопросы. Сознательная недосказанность не мешает развитию сюжета ; напротив, она создает ощущение тайны или приближает читателя к действию, делая его соучастником событий.

Что же происходит в этом прекрасном фантастическом мире, созданном писателями? Он отлично приспособлен для жизни, удобно организован, почти безопасен, населен очень здоровыми и прекрасно образованными людьми с невиданными творческими возможностями. Одна из известных ранних вещей Стругацких, так и названная “Полдень. ХХII век”, описывает светлое будущее Земли, солнечный полдень человечества. Почти утопия!

Однако более поздние произведения братьев Стругацких уже не назовешь утопией. Выясняется, что в этом безоблачном мире полно своих проблем, не менее значимых, чем проблемы сегодняшней цивилизации. И, самое главное, авторы не считают это неправильным. Развитие человечества, прогресс, не может быть беспроблемным. Вопросы и проблемы остаются, они просто меняются.

В нескольких произведениях Стругацких упоминаются цивилизации, сознательно отказавшиеся от прогресса, тормозящие его. “Это ужасный тупик!” – так говорит о подобной цивилизации планеты Тагора один из героев “Жука в муравейнике”, Экселенц.

Миры Стругацких не исчерпываются солнечным ХХII веком. В особом сказочном мире с Бабой-Ягой, Вием и Змеем-Горынычем разворачивается действие самой жизнерадостной повести Стругацких – “Понедельник начинается в субботу”. Однако в сюжетно связанной с “Понедельником…” “Сказке о Тройке” сказочная ирония превращается в злую сатиру.

Действие других, особенно поздних, произведений разворачивается в более или менее реальной действительности (“Отель “У погибшего альпиниста”, “Пикник на обочине”, “За миллиард лет до конца света”). В “Пикнике…” в реальную действительность вклинивается жуткий фантастический мир Зоны. Странные события нарушают размеренность нашей жизни и в других книгах.

В некоторых повестях и романах события разворачиваются вообще непонятно когда и где (“Гадкие лебеди”, “Второе нашествие марсиан”, “Улитка на склоне”, “Град обреченный” ). Описанные миры вовсе не прекрасны, некоторые из них просто чудовищны. Ужасны даже не сами миры, а люди, их населяющие. Что страшнее: непонятный Лес или непонятно чем занимающееся Управление по делам Леса? ( “Улитка…” ) “Второе нашествие марсиан”, “Хищные вещи века” и, особенно, “Град обреченный”, в котором проводится чудовищный социальный Эсперимент, звучат весьма пессимистично и выглядят классической антиутопией. Это не просто критика конкретного социального строя и не только сатира на мещанское общество, людскую приземленность, эгоизм и просто глупость. Это нечто большее – пример того, как не должно быть. В этом и есть смысл антиутопии.

Проблемы, которые ставят Стругацкие в своих книгах, - это вечные проблемы литературы. Вопрос о ценности жизни каждого человека ставился русской литературой с незапамятных времен, и Стругацкие не могли обойти его стороной. Наиболее остра эта проблема в уже упомянутой повести “Жук в муравейнике”. Можно ли пожертвовать жизнью одного реального человека ради потенциальной безопасности всей Земли? Авторы не дают ответа на этот вопрос. Выбор был сделан, но правильно ли - решать нам.

Одна из важных черт поздних Стругацких – отсутствие не только готовых рецептов и советов, но и вообще открытый финал. Для большинства вещей конец должен додумывать читатель, причем возможны самые разные варианты.

Вопрос о жизни и доверии приходится решать полицейскому инспектору из “Отеля “У погибшего альпиниста” - можно ли рискнуть общей безопасностью и поверить инопланетянам, сохранив им тем самым жизнь? Здесь встает еще один, важный для литературы, вопрос – выбор между долгом и чувством.

Вопрос выбора важен почти для всех героев Стругацких. Принципиальный выбор должен сделать герой “Пикника на обочине” сталкер Рэдрик Шухарт, человек далекий от идеала, один из миллиардов. Счастье для себя или для всех? Скорее всего, выбор будет верным. “Счастье для всех, даром, и пусть никто не уйдет обиженным!” - этой молитвой Шухарта заканчивается повесть.

Малянов, герой повести “За миллиард лет до конца света” тоже стоит перед мучительной дилеммой. Что важнее для него, ученого с одной стороны, и просто человека – с другой, : вклад в прогресс науки ( = человечества ) или безопасность своих близких. Для Стругацких вопрос выбора в такой ситуации далеко не однозначен. Для них ученый и любой человек творческий – единственный двигатель прогресса.

Возможность творчества и творческой работы для каждого – одно из важнейших достижений будущего Стругацких. “Разве бывает неинтересная работа?” - искренне удивляется молодой герой повести “Попытка к бегству” Вадим. Лев Абалкин из “Жука в муравейнике” рискует жизнью ради свободы, причем не абстрактной свободы, а свободы творчества. У героев повести “Понедельник начинается в субботу” ( говорящее название! ) нет выходных дней, так как работать им интереснее, чем отдыхать. Настоящий гимн творчеству, звучащий, впрочем, вполне обыденно, слышится в словах Вечеровского, персонажа повести “За миллиард лет до конца света”: “Когда мне плохо, я работаю… Когда мне скучно жить, я сажусь работать…Может быть, существуют другие рецепты, но я их не знаю…” В самой знаменитой повести Стругацких “Трудно быть богом” чуть ли не открытым текстом сказано, что историю движут люди творчества, а не воины и политики.

О повести “Трудно быть богом” нужно сказать особо.

Чисто внешне это блестящая смесь фантастики и историко-приключенческого романа с явными элементами того, что сейчас называется “фэнтези”, однако идея повести значительно глубже, чем кажется на первый взгляд.

По замыслу с “Трудно быть богом” связан ряд других вещей Стругацких: “Попытка к бегству”, “Парень из преисподней”, “Обитаемый остров”. В них Стругацкие вводят понятие Прогрессора – человека Земли, ускоряющего прогресс отсталых внеземных цивилизаций.

По понятиям Земли, Прогрессор действует во благо, но стоит ли даже во имя прогресса лишать человечество его истории, искусственно ускоряя развитие? Имеет ли право человек вершить судьбы других цивилизаций? Герой “Парня из преисподней” Прогрессор Корней понимает это вовремя. Он отправляет своего подопечного Гага на родную планету самому разбираться со своей историей.

И не менее важное: может ли человек вмешиваться в чужую историю, оставаясь беспристрастным, оставаясь человеком? Прогрессор Антон ( он же дон Румата из Арканарского королевства ) из повести “Трудно быть богом” богом остаться не смог. Он по-человечески мстит за своих близких, а другие земляне не понимают его.

Нельзя осчастливить против желания, нельзя единым махом осчастливить всех. В связи с этим интересен эпизодический персонаж “Понедельника…” – некий Саваоф Баалович Один, величайший маг в истории, не могущий реально совершить никакого чуда. Объясняется это очень просто: совершенное чудо не должно навредить абсолютно никому, а такого чуда придумать не может даже величайший маг.

“Исторические” повести объединяет еще одно. О каких бы планетах не идет речь, мы понимаем, что это наше прошлое, даже кое в чем, наше настоящее. Не случайно герой “Попытки к бегству” Саул возвращается в прошлое, где его ждет смерть. Он понимает, что его дело там.

Идея Прогрессорства у Стругацких имеет и обратную сторону. Они моделируют ситуацию, в которой какая-нибудь могучая цивилизация может заниматься Прогрессорством по отношению к землянам. Так возникает цивилизация Странников – могущественная и непонятная, а поэтому потенциально опасная. Действительность оказывается понятнее, но страшнее. В повести “Волны гасят ветер” виновником непонятных и пугающих событий оказываются не таинственные Странники, а само развивающееся человечество.

Человечество само должно отвечать за свои поступки и не вправе ожидать помощи или даже советов свыше. Вообще, заинтересуем ли мы Вселенную? В повести “Извне” человека просто не заметили. Однако надежда на Вселенную все же есть. Сложный и опасный диалог с ней происходит в “Пикнике…” Может быть, Зона поможет людям, если они будут людьми. В конечном итоге все зависит от нас самих и от нашего выбора.

Стругацкие предупреждают, что последствия деятельности человека могут стать необратимыми, и прекрасное будущее (и будущее вообще) могут так и не наступить. Вспомним погубленную экспериментами планету Радуга (“Далекая Радуга”) разоренный Саракш после ядерной войны (“Обитаемый Остров”), уничтоженную планету Надежда (“Жук в муравейнике”). Кстати, в истории Надежды остается неясным вопрос, спасли ли пресловутые Странники население экологически загаженной планеты или освободили планету от загадившего ее населения.

Стругацкие придумали даже слитую с природой цивилизацию Ковчега (“Малыш”) как возможный вариант развития. Такова же цивилизация разумных киноидов Голованов, чье развитие ушло во внутренние способности мимо техники (“Жук в муравейнике” ).

Стругацкие не пессимистичны. Они предлагают выход даже в самых критических ситуациях. В “Гадких лебедях” его ищут и находят дети как наименее испорченная часть человечества. В “Хищных вещах века” у детей есть шанс начать строить жизнь заново и добраться до прекрасного завтра. Важно понять это сегодня, пока еще не стало поздно – основной лейтмотив произведений братьев Стругацких.

 


просмотров: 1258
Search All Ebay* AU* AT* BE* CA* FR* DE* IN* IE* IT* MY* NL* PL* SG* ES* CH* UK*
Amulet Box Set Kazu Kibuishi 2016, Book

$17.65
End Date: Wednesday May-2-2018 6:41:46 PDT
Buy It Now for only: $17.65
|
Beyond the Spiderwick Chronicles (Boxed Set): The Nixies Song; A Giant Problem;

$78.69
End Date: Friday May-11-2018 13:40:09 PDT
Buy It Now for only: $78.69
|
ABSOLUTE WILDCATS by JIM LEE HARDCOVER Wildstorm DC Comics HC 624 Pages SRP $125

$25.00
End Date: Thursday May-24-2018 16:43:08 PDT
Buy It Now for only: $25.00
|
Jules Verne: Seven Novels (Leatherbound Classics)

$7.99
End Date: Sunday May-20-2018 1:06:26 PDT
Buy It Now for only: $7.99
|
Search All Amazon* UK* DE* FR* JP* CA* CN* IT* ES* IN* BR* MX
Search Results from «Озон» Художественная литература, анонсы.
 
Ван Гог Винсент Письма к брату Тео. Раритетное издание с эскизами и иллюстрациями
Письма к брату Тео. Раритетное издание с эскизами и иллюстрациями
?Ставшие настоящим эпистолярным наследием, письма Винсента Ван Гога к его брату Тео до глубины души потрясают своей искренностью. За сто с лишним лет, переписка двух братьев, которая длилась целых пятнадцать лет, стала не менее популярной, чем знаменитые подсолнухи художника, и была переведена на все европейские языки. Меж тем, мало кто знает, что эти бесконечные, пронзительные письма, пестрили многочисленными рисунками предметов, которые видел перед собой Ван Гог. Используя оригинальные эскизы и наброски из писем, мы попытались воспроизвести то, как выглядели письма художника, который рисовал все, чего касались его гениальные глаза. Перед вами уникальное издание, каждая страница которого пронизана атмосферой, в которой жил и трудился Ван Гог. Из нее становится понятнее, каким на самом деле видел мир человек, создававший столь красочные и яркие картины....

Углов Федор Григорьевич Сердце хирурга. Дополненное издание
Сердце хирурга. Дополненное издание
Перед вами уникальное издание - лучший медицинский роман XX века, написанные задолго до появления интереса к медицинским сериалам и книгам. Это реальный дневник хирурга, в котором правда все - от первого до последнего слова. Повествование начинается с блокадного Ленинграда, где Федор Углов и начал работать в больнице.

Захватывающее описание операций, сложных случаев, загадочных диагнозов - все это преподносится как триллер с элементами детектива. Оторваться от историй из практики знаменитого хирурга невозможно. Закрученный сюжет, мастерство в построении фабулы, кульминации и развязки - то действительно классика, рядом с которой многие современнее бестселлеры в этом жанре - жалкая беспомощная пародия. Книга "Сердце хирурга" переведена на многие языки мира....

Уилл Айснер Контракт с Богом и другие истории арендного дома
Контракт с Богом и другие истории арендного дома
О книге
Выход "Контракта с Богом" в конце 70-х годов произвел революцию в мире американских комиксов. Уилл Айснер, признанный комиксист, решил создать комикс, не похожий ни на какую другую работу в этом формате. И рассказал четыре истории, происходящие с жителями одного арендного дома в Нью-Йорке в 30-е. Четыре истории о любви, вере, предательстве на фоне арендного дома № 55 на Дропси-авеню. Эти проникновенные рассказы соединились в невероятный графический роман, ставший классикой комикса и по-прежнему остающийся близким и трогающим образцом настоящей большой литературы.

Фишки книги
- Главный труд и самая известная книга Уилла Айснера.
-  Предисловие Скотта Макклауда, автора культовой книги "Понимание комикса".
-  Вступительное слово Уилла Айснера.
- История создания «первого графического романа».
-  Российское издание комикса повторяет посвященное 100-летию Айснера юбилейное издание.

Для кого эта книга
Для любителей комиксов.
Для всех, кто любит непростые жизненные истории.

...

Иван Бунин И. А. Бунин. Собрание сочинений в 9 томах (эксклюзивное подарочное издание)
И. А. Бунин. Собрание сочинений в 9 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Переплет ручной работы изготовлен из натуральной кожи по старинной европейской технологии XVIII века.
Блинтовое и золотое тиснение переплета.
Трехсторонний золотой обрез.
Каждый том дополняет шелковое ляссе.

Иван Алексеевич Бунин - русский прозаик, поэт, переводчик, почетный академик Петербургской Академии наук, лауреат Нобелевской премии по литературе (1933), один из самых проникновенных, трагических поэтов и писателей русской литературы. Произведения И.Бунина наполнены любовью к родной земле, раздумьями о судьбе России, о роли интеллигенции....

Константин Паустовский, Галина Трефилова,  А. Борщаговский К. Паустовский. Собрание сочинений в 7 томах (эксклюзивное подарочное издание)
К. Паустовский. Собрание сочинений в 7 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Переплет ручной работы изготовлен из натуральной кожи по старинной европейской технологии XVIII века.
Блинтовое и золотое тиснение переплета.
Трехсторонний золотой обрез.
Каждый том дополняет шелковое ляссе.

Константин Георгиевич Паустовский - классик отечественной литературы, замечательный художник слова, знаток родной при роды. Щедрый писательский дар и изобретательная фантазия Паустовского позволяли ему рассказывать на страницах своих произведений о таких сложнейших проблемах века, как интеллигенция и революция, художник и общество, природа и цивилизация....

Евгений Карнович Е. П. Карнович. Собрание сочинений в 4 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Е. П. Карнович. Собрание сочинений в 4 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Впервые издается самое полное собрание сочинений Евгения Петровича Карновича - выдающегося русского историка, публициста и прозаика. В четырехтомник вошли все исторические романы и повести писателя, а также лучшие из его исследовательских работ по истории российского средневековья....

Фредерик Стендаль Стендаль. Собрание сочинений в 15 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Стендаль. Собрание сочинений в 15 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Оригинально оформленное подарочное издание. Переплет ручной работы изготовлен из натуральной кожи по старинной европейской технологии XVIII века. Блинтовое и золотое тиснение переплета. Трехсторонний золотой обрез. Каждый том дополняет шелковое ляссе.

Стендаль - один из тех писателей, кто составил славу французской литературы XIX века. Его перу принадлежат "Пармская обитель", "Люсьен Левель", "Ванина Ванини", вершиной же творчества писателя стал роман "Красное и черное"....

Рафаил Зотов Р. М. Зотов. Собрание сочинений в 5 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Р. М. Зотов. Собрание сочинений в 5 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Переплет ручной работы изготовлен из натуральной кожи по старинной европейской технологии XVIII века.
Блинтовое и золотое тиснение переплета.
Трехсторонний золотой обрез.
Каждый том дополняет шелковое ляссе....

Марк Алданов Марк Алданов. Собрание сочинений в 8 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Марк Алданов. Собрание сочинений в 8 томах (эксклюзивное подарочное издание)
Переплет ручной работы изготовлен из натуральной кожи по старинной европейской технологии XVIII века.
Блинтовое и золотое тиснение переплета.
Трехсторонний золотой обрез.
Каждый том дополняет шелковое ляссе....

Жак Казот Продолжение "Тысячи и одной ночи". Коллекционное издание (комплект из 2 книг) La Suite des Mille et Une Nuits
Продолжение "Тысячи и одной ночи". Коллекционное издание (комплект из 2 книг)
Особенности данного коллекционного издания:
- переплет двухтомника - ледерин (на тканевой основе);
- каждый том комплектуется своей суперобложкой;
- наличием в каждом томе ляссе;
- к двухтомнику прилагаются две карты и полноцветное альбомное Приложение (формат 165 ? 215 мм, объем 352 с.), отпечатанное на мелованной бумаге коллекционным тиражом (равным числу книголюбов, сделавших предварительные заказы). В первую часть этого Приложения войдут изобразительные материалы, связанные с Казотом, его семьей, его окружением и его временем, героями арабских сказок, перекочевавшими в "Продолжение…", гравюрами с видами мест Египта, где разворачиваются сказочные приключения, национальными костюмами, ремеслами и проч., а также европейскими изданиями сказок. Вторая часть Приложения посвящена роману Казота "Влюбленный дьявол". Впервые увидит свет авторское предисловие. Текст романа будет украшен знаменитыми гравюрами Эдуара де Бомона (около 200), дополняющими его же иллюстрации, размещенные в двухтомнике. Кроме того, в Приложении будет широко представлена традиция иллюстрирования "Влюбленного дьявола" в ретроспективе ее наиболее интересных образцов (издания 1772, 1883, 1920 и 1946 гг.).

Продолжение “Тысячи и одной ночи” (1788-1789 гг.) - последнее произведение Жака Казота (1719-1792), французского писателя, мистика, каббалиста и мартиниста, обладавшего, как полагали современники, даром предвидения.
В нашей стране он приобрел популярность благодаря прежде всего известному готико-фантастическому роману "Влюбленный дьявол" (1772; в 1967 г. вышел в серии "Литературные памятники" в составе сборника "Фантастические повести .
Нешуточная увлеченность писателя таинственным Востоком и оглушительный успех в Европе французского перевода "Тысячи и одной ночи" (1704-1711), выполненного Антуаном Галланом (1646-1715), подтолкнули Казота к созданию продолжения галлановского свода. С тех пор оба сказочных собрания не раз издавались вместе. Труд Казота считается самым искусным продолжением начинания Галлана. И это неудивительно, ведь в основу своего собрания Казот положил оригинальную арабскую рукопись сказок, специально переведенных для него, удачно соединив их с собственной стилизацией и адаптацией для современного читателя. С появлением на европейских языках новых переводов различных версий "Тысячи и одной ночи" о сочинении Казота постепенно забыли. Настоящее издание призвано восполнить эту лакуну.
В данном сборнике воспроизведены замечательные иллюстрации Клеман-Пьера Марилье (1740-1808), созданные им к сказкам Казота в рамках цикла иллюстраций к знаменитому французскому многотомному своду "Кабинет фей" (1785-1789).
Помимо сказок Казота, в книге публикуется очерк о нем Жерара де Нерваля (1808-1855), сопровожденный классическими гравюрами Эдуара де Бомона (1821-1888).



...

«CRM АвтоВебОфис» прием платежей, email-рассылки и работа с клиентами для интернет бизнеса
2008 Copyright © BookPoster.ru Мобильная Версия v.2015 | PeterLife и компания
Пользовательское соглашение использование материалов сайта разрешено с активной ссылкой на сайт
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100 Яндекс.Метрика Яндекс цитирования